Работая в четыре руки, Виктор с Фридом всего за два часа расписали все тело Грея от пяток, до кончиков ушей, привязывая по отдельности конечности и внутренние органы к душе, как того требовали записи демонолога. Все это время, по словам Бикслоу, Грей пытался забраться в ледяную статую, но его как будто что-то не пускало.
— Куда! — внезапно заорал Бикслоу, отчего остальные едва ли не подпрыгнули на месте.
— Ты чего орешь!? — тут же рыкнул на него Виктор, чуть не запоганивший письмена привязки правого плеча.
— Кто-то пытается стащить душу Грея! — напряженным голосом ответил Бикслоу, явно начавший что-то магичить, вливая в свое волшебство немалое количество сил. — Сильный зараза! Еще немного и я не удержу его!
— Сейчас глянем, кто это там безобразия хулиганит. — отложив в сторону магическое перо, Виктор тут же перекинулся в мрачного жнеца и выругавшись про себя, кинулся на пытающегося оторвать от ледяной статуи упирающуюся душу Грея черта.
— Ты еще кто такой!? — с немалым изумлением уставился на артефактора представитель рогатого племени, едва успевший убрать свои лапы из-под обрушившегося сверху лезвия косы.
— Уходите, слуги Предвечной. Здесь вам нечем поживиться. — продемонстрировав свое костяное лицо мрачного жнеца, Виктор прикрыл своим телом душу Грея. — Этой душе еще рано отправляться на перерождение.
— Хм. Интересный экземпляр. — осмотрев неожиданного гостя с ног до головы, протянул настоящий мрачный жнец. — С одной стороны — живой. С другой стороны — мертвый. Это кто же так напортачил с тобой, душа?
— Не знаю. Они не представились. — не меняя позы, ответил Виктор.
— Кто бы это ни сделал, они заслуживают наказания. — тем временем продолжил вещать своим промораживающим насквозь голосом мрачный жнец. — Живым не престало иметь силу слуг госпожи Смерти.
— Так ищите их и наказывайте. — пожал плечами Виктор, — А сейчас я бы попросил вас покинуть данный план бытия. Здесь вам ловить нечего. — Не сводя взора с потусторонней парочки, он принялся потихоньку отодвигаться назад и подталкивать небольшими пинками душу Грея к испещренной письменами ледяной статуе, вокруг которой шнырял Фрид, проверяя все ли письмена нанесены — все же даже перекинувшись в жнеца, Виктор существовал в обоих измерениях и потому его разговор с кем-то неизвестным слышали все.
— Готово! — сделав пару последних мазков, крикнул Фрид и тут же отскочил от ледяной статуи, увлекая за собой и Леона.
Стоило Виктору услышать слова Фрида, он тут же выпустил из рук косу и развернувшись на 180 градусов, схватил за плечи душу Грея и буквально впихнул ее в ледяное тело. Тут же загоревшиеся руны и письмена, словно якоря, принялись фиксировать вошедшую в тело душу.
— Интересный ход. — как всегда совершенно безэмоционально произнес мрачный жнец, наблюдая за происходящим. — Заставить душу заключить контракт слуги со своим же телом. Когда придет твое время, — костяной палец указал на Виктора, — я сам приду за тобой. Полагаю, такая интересная душа сможет развлечь меня не одной познавательной беседой. До скорой встречи, душа.
0x01 graphic
— Чур меня. — преобразившись обратно в человека, трижды переплюнул через левое плечо Виктор, после чего постучал по деревянной крышке "гроба". — Век бы вас не видеть!
— Виктор, — рискнул первым прервать непонятные действия артефактора Бикслоу, — а это с кем ты сейчас общался?
— А ты разве не видел их? — удивился тот в ответ, прекрасно зная, что Бикслоу может видеть и чувствовать души.
— Только какое-то расплывчатое пятно. Как редкий черный туман. — все же смог подобрать аналогию маг.
— Понятно. Шифруются значит. — кивнул головой артефактор. — В общем, это те, с кем в конце жизни суждено встретиться каждому — проводники душ.
— А ты то откуда это знаешь!? — немало удивился Бикслоу.
— И раньше приходилось встречаться. — скривился, как от зубной боли, Виктор. — Те еще раздолбаи.
— Это ты из-за той давней встречи немного того? — покрутил пальцем у виска Бикслоу.
— На себя посмотри! — не стал молчать Виктор, — Я на твоем фоне еще очень даже нормальный!
— А что со мной не так? — удивился Бикслоу, но ответом ему была лишь тишина. Все же у некоторых магов фантазия в деле подбора стиля и одежды заходила слишком далеко и Бикслоу являлся прямым тому доказательством. Чего стоила одна печать гильдии нанесенная на язык при том, что эту самую печать требовалось предъявлять заказчикам при явке.
— Все. — не стал вдаваться в подробности Виктор и шикнув на пожелавшего что-то возразить мага, подошел к продолжавшей стоять без движения ледяной статуи. — Что же не так? — пробормотал он себе под нос, — Ведь все сделали как надо. Почему же ты не отмираешь, Грей? — Поискав взглядом подсказки на лицах остальных участников эксперимента и наткнувшись на Венди, артефактор уже в который раз обозвав себя идиотом, попросил девчонку хорошенько продуть образовавшуюся ледяную скульптуру магией исцеления. Вот только даже когда Венди опустилась на пол из-за полной растраты сил, ничего так и не произошло. Грей по-прежнему продолжал оставаться куском высокохудожественного льда. Пытаясь найти хоть еще какую-нибудь подсказку, Виктор сначала внимательно осмотрел весь потолок, потом пол, затем последовала очередь стен, и лишь под самый конец взор его единственного глаза наткнулся на покоившиеся на столе "театральные" реквизиты, которые совершенно спонтанно были куплены им еще пару лет назад у какого-то бродячего торговца. Пожав плечами, Виктор произнес, — А почему, собственно, нет?
Дойдя под скрестившимися на нем взглядами до своего рабочего стола, Виктор надел замызганный кровью белый лабораторный халат, напялил взлохмаченный седой парик и вооружившись бубном, вернулся к статуе Грея.
— Да будет жизнь! — патетически воскликнул Виктор и что было сил саданул бубном по лбу статуи. Сказать, что в этот момент у всех присутствующих отвалились челюсти и глаза сделались размером с блюдца — значило не сказать ничего. Наверное, прежде никогда в жизни на их лицах не проступало подобное выражение полного охренивания. Но что оказалось удивительнее всего — ледяная статуя выругалась и схватилась руками за ушибленный лоб.
— Вот что бубен животворящий делает! — вскинув к потолку зажатый в руке бубен, прокричал Виктор, не забыв под конец безумно расхохотаться, как и приличествовало всякому сдвинутому по фазе ученому.
— Бред какой-то. — посмотрев на все происходящее, резюмировала Лаки.
— Это не бред. Это магия! — хмыкнул стоявший рядом с ней Ридус. — Магия и вера друзей.
Еще два дня у Грея ушло на то, чтобы с помощью и подсказками Джувии с Леоном научиться магии ледяного тела — то есть переводить его из льда в живое и обратно, как у Джувии это получалось делать с водой. Немалую роль в этом сыграло смешивание Грея с Джувией, поскольку он смог получить нечто вроде слепка навыков девушки. Впрочем, подобие этого слепка получила и Джувия, что можно было понять по ее постоянным одергиваниям себя — все же эксгибиционизм Грея оказался таки заразным и девушка уже не один раз ловила себя на попытках стянуть с тела платье.
Сказать, что на новом дне рождения Грея гуляли всей гильдией, значило не сказать ничего. Празднество было такое, что впоследствии его вспоминали в Магнолии не один год. Впрочем, некоторые в гильдии его тоже не могли забыть, хотя и очень хотелось бы.
— Где я? — прохрипел Виктор, и схватился за голову, внутри которой сотня не знавших отдыха гномов орудовали своими молотами по самым большим и звонким колоколам, какие только имелись на свете. — Кто я? — опять же ни к кому конкретно не обращаясь задал он второй вопрос и застонал от ударившего по ушам собственного голоса.
— Спи, мерзавец. — сонно ответили откуда-то сбоку и тут же по хозяйски закинули на него руку и ногу. Причем, судя по ощущениям, и он сам и обладатель, а точнее обладательница, закинутых на него конечностей были абсолютно голыми.
Помогая себе руками, Виктор аккуратно повернул голову налево и построивший таки единую картинку мозг молча перекрестил тело своего носителя и пообещал поставить свечку за упокой его души, поскольку обнаружившаяся под боком девушка была совсем не Мирой, а вовсе даже Каной. И судя по состоянию кровати, на которой в художественном беспорядке покоились их тела, прошедшим вечером они явно не стихи читали.
— Ох ё-ё-ё-ё! — простонал артефактор и уронил голову на подушку. То, чего он так сильно опасался и избегал всеми возможными способами, все же произошло. И что было еще хуже — он не помнил о "произошедшем" ровным счетом ничего! Но вот то, что он до конца дней своих не забудет скандал, что закатит ему Миражанна, Виктор почему-то не сомневался. Ведь на ТАКОЕ зеленый свет ему точно не давали.
